Elika Z.
I was an Angel, living in the Garden of Evil
Название: the sensation of falling
Автор: madasaboxofcats
Переводчик: Elika Z
Рейтинг: Т
Жанр: джен
Персонажи: Регина Миллз, Эмма Свон, Генри Миллз
Сюжет: Она всегда относилась к своей жизни равнодушно. Объяснение, отчего Регина отдала сердце Робину [3х16]
Ссылка на оригинальное произведение: здесь
От переводчика: необычный взгляд на ситуацию, написанный в столь же необычном авторском стиле. Кое-что из этого стили пришлось слегка подправить в угоду русскому языку. Но все равно, текст достаточно оригинальный. У меня, конечно, есть сомнение по поводу суицидальных наклонностей Регины, особенно в отношении сцены в Сторибруке, однако и этот нетривиальный случай мне пришелся по душе.

Она всегда относилась к своей жизни равнодушно.

Впервые она попыталась обрести свободу по другую сторону балкона в спальне.

(Впервые, она попыталась обрести свободу с Дэниелом, убежать далеко-далеко, прочь от хватких рук матери, стать женой конюха и быть счастливой, и наконец-то, наконец-то быть нужной).

(Свобода была раздавлена на устланном сеном полу, уничтожена болтливым языком ребенка).

(Дети, убеждалась она после тысячу раз, - кровоподтеками от лозы, широкими, темными, болезненными напоминаниями об ее ошибках, – заслуживали порицания за свои поступки).

Ее омывал ветер, адреналин зашкаливал; нет больше печали, нет больше Дэниела, нет больше Леопольда или Снежки, матери или отца, силы или магии, или королевских обязательств. Больше ничего нет.

Она летела в пустоту, и это было блаженством.

Когда ее поймала фея, она старалась не показывать своего недовольства.

Позже, она скажет, что упала, потому что никто ее не знает, никто не разглядит ее сквозь эту ложь. Она скажет, что упала, но не признается, насколько прекрасное чувство охватило ее в тот момент или как хочется ей повторить это вновь.

***

Он часто говорит ей, что магия опасна.

Магия всегда имеет цену.

Ее это не волнует.

Ее это радует.

***

Было проклятье, план и цель, она стала менее беспечной и более целеустремленной.

Заставить их страдать, как она страдала.

Заставить ее страдать.

Месть поглотила ее, она нашла причину, чтобы жить (но ощущения во время падения преследовали ее во снах).

***

В Сторибруке, после двух лет, трех месяцев и семнадцати дней тоскливого однообразия она сделала еще одну попытку.

Опьяненная вином, угасающей надеждой и печалью, она забралась на крышу и посмотрела на звезды. Она желала, чтобы все было иначе.

У нее не было балкона (ее промашка, подумала она), но крыша располагалась достаточно высоко над землей и подходила для ее целей.

Она покачивалась вперед-назад, не будучи уверенной, пошатнулось ее равновесие от алкоголя или от раскинувшегося перед ней искушения; в любом случае, она сделала шаг, позволяя телу предать ее (она не знала, что в этом случае было предательством: падать или остаться стоять). Воздух хрустел, а она была одна.

Все должно было быть не так.

Она должна была быть счастлива – наконец-то, счастлива, наконец-то, свободна, - а они должны были страдать.

Предвкушающая счастье и впадающая в оцепенение в своей собственной версии Ада, она здесь как в ловушке, - в клетке, созданной ее же руками, - как это было в отцовском доме, материнских объятьях и в супружеской постели.

Когда она ударилась о землю, то почувствовала, как по телу расползается боль, - но только на мгновение. Она проснулась на следующее утро в своей постели без единой царапины и ушиба.

Это было ее проклятье.

***

Все изменил Генри.

Ее сыну нужна мать.

Никаких больше падений.

***

Потеря Генри тоже все изменила.

Он счастлив, она это знала. Знала, что дала ему жизнь, полную счастливых воспоминаний, что Эмма подарит ему новые счастливые воспоминания. Но он будет счастлив без нее, и с каждым вздохом ей казалось, что она тонет.

Это слишком.

Она не настолько сильная.

Это разумное решение, говорит она себе, с проблесками надежды (потому что Эмма их найдет, и Генри будет здесь, и они отыщут способ пробудить ее, и жизнь будет стоить того, чтобы снова жить. Даже если минут года, и он будет ростом под два метра, - ее это не волновало, потому что он вернется, живой, здоровый, любящий).

Она смешала зелье, сделала все возможное, чтобы остановить отца маленького мальчика, который настойчиво следовал за ней, и попыталась отделить этот поступок надежды и разума от тех, рожденных во тьме и отчаянье. Она уже не тот человек. Падение – это не тот акт спасения, что сулил ей нынешний поступок.

(За исключением того факта, что раз попробовав, ты более не будешь свободен полностью; и хотя она изменилась, она все та же девушка, и всегда будет опьяняющее искушение позволить ветру проноситься мимо тебя по мере приближения земли).

Теперь был Генри. Генри и Эмма. И мысль, что она проснется и увидит их лица, ранее утерянные, а теперь найденные.

Но затем появилась Зелена, и сестра, и Кора, что же ты наделала? И угроза ее счастью, ее семье и всему, что она любила.

И снова месть доказала, что ради нее стоит жить.

***

А затем они снова оказались в Сторибруке, Генри и Эмма вернулись, и блюдце разбилось об пол, как только она увидела его пустой взгляд, и она едва не рухнула на месте, сраженная разбитым сердцем, как случилось за сорок лет до этого в конюшне на сене.

Он не умер, но потерян для нее.

(она сумела себя убедить, что в некотором смысле это неплохо, что он ее не помнит, потому что он не помнит зла, ею сотворенного, и всех сделанных ошибок).

(Но она бы с радостью обнажила всю правду снова, и снова, и снова, если бы он вспомнил прогулки на велосипедах, совместный просмотр Железного Человека во время его болезни; или как она убирала остатки шоколадно-мятного мороженого из его волос, когда ему было шесть; как он демонстрировал отношение к понравившейся еде, измазываясь в ней насколько это было возможным).

Ей больно.

Злая ведьма отвлекала ее, обращала на себя ее внимание, но этого не достаточно, этого никогда не будет достаточно.

Когда она вынула сердце из груди, то понимала, что есть только два варианта.

Отдать его Эмме, и оно точно будет в сохранности (не просто потому, что она Спасительница, но она же Эмма; это что-то значило, потому что она тоже не просто Злая Королева, а Регина).

Отдать его Робин Гуду, тенью преследовавшему ее в новом Сторибруке, и рискнуть повторить судьбу Дэниела, ту же раскрошившуюся пустоту.

В конечном итоге, пустота предпочтительнее этого.

(В глазах Генри не увидеть понимания, внимания, заботы).

(У него уже есть мама. Ему не нужна она).

Она всегда относилась к своей жизни равнодушно.

@темы: Аднажды, my ff, ff