20:31 

The 100: Gods & Monsters, AU, male! Clarke, R

Elika Z.
I was an Angel, living in the Garden of Evil
Автор: Elika Z., девочка-которая-смогла
Фэндом: the 100
Пейринг: Кларк/Лекса, Кларк/ *** но на самом деле все сложно
Рейтинг: R
Краткое содержание: гора Уэзер повержена, но эта победа имела последствия, которые Кларк не мог и представить. Куда бы он не пошел, тени прошлого не отставали ни на шаг, какую дорогу не выбрал бы - каждая вела в Полис. И как бы ему не хотелось, но во всех событиях всегда была замешана командующая землян. Вот только стоит ли верить той, что уже однажды предала? Таймлайн: действия происходят спустя месяц после финальной сцены второго сезона, одновременно существует два варианта событий.
Предупреждение: насилие, смерть персонажа типичная Элика
Посвящение:
Tomislava - я знаю, ты не смотришь посмотрела сериал, но это не мешает тебя наставлять меня на путь истинный и заставлять верить в лучшие версии канона;
full_house - как лучшему на моей памяти автору гета, пусть даже и по OUAT;
Невеста Роз - за нетрадиционность взглядов и разносторонность восприятия.
Примечания автора: эта работа - эксперимент, рассказ о схожих событиях в двух версиях, попытка взглянуть на ситуацию под разными углами. Будем считать, что место действия первой версии происходит во вселенной сериала и неотрывно следует за событиями конца второго сезона. Второй вариант - некая параллельная вселенная, в которой Кларк Гриффин приходится Эбби сыном. В этой версии канонные линии претерпели изменения в соответствии с полом главного героя.

* начиная со второй половины второй главы версии начинают различаться

I. INTRO
II. Wanheda, part I


Вся эта ситуация чем-то напомнила ему попытку вырваться из лабиринта коридоров горы Уэзер, только сейчас Кларк не тыкался как слепой котенок в поисках правильного направления, а вполне уверено шагал бок о бок с Индрой. Женщина была по обыкновению немногословна, - она в принципе не говорила больше, чем требовалось. Кларк тоже не собирался вести с ней беседу, все равно ответов не получит. Индра действовала в рамках приказа и к тому же всегда его недолюбливала. Можно было потратить усилия с куда большей пользой, например, запоминая пройденный путь.

Но и здесь все было непросто.

Дверь, которую он поначалу принял за входную, не была единственным препятствием, отделяющим комнату от улицы. На самом деле, Кларк так и не узнал, где же в доме Малии находился выход, поскольку за порогом начинался небольшой коридор, в котором без труда разошлось бы несколько человек. Однако новая знакомая Кларка, безымянная пленница горы, помогавшая ему не более получаса назад, прижалась к стене, когда он проходил мимо, словно боялась с ним столкнуться. Кларк немного замешкался, провожая ее взглядом. Она так и не подняла глаз, а Индра бесцеремонно дернула его за руку, заставляя смотреть перед собой. Кларк кинул на нее недовольный взгляд, но женщину это не тронуло.

Коридор упирался в очередную дверь, на этот раз куда более массивную и густо обшитую листами жести. Стоявший рядом воин с обритой головой и тяжелым взглядом не задавал лишних вопросов. На мгновение Кларку показалось, что мужчина намеренно старается не смотреть ему в лицо, но он быстро отогнал эту мысль. Воин протянул Индре зажженный факел, а затем отодвинул тяжелый засов, открывая перед ними утопающий в зияющей тьме лестничный пролет.

Темнота на Земле отличалась от той, к которой привык на Ковчеге Кларк. Их темнота была выхолощенной и холодной, как желудок космоса, в котором они болтались. Глядя в дверной проем, Кларку на ум приходило только слово «мрак». Густой, он казался живым и плотоядным, и идти сквозь него все равно что пробираться сквозь воду, кишащую неведомыми тварями. Прежде чем преступить порог, Кларк глубоко вздохнул, словно действительно готовился окунуться в вязкую черную материю.

Отбитый бетон захрустел под ногами, и с каждой пройденной ступенькой сердце билось чуть быстрее. Он боялся, что споткнется и кубарем скатится прямиком в бездонную пасть. Слева в лестницу был врезан поручень, до блеска отполированный чужими ладонями, но у Кларка даже мысли не возникло его коснуться.

Стоило ступенькам закончится, как дверь за спиной с глухим выдохом отрезала их от мира, полнившегося живыми звуками.

Горячей огонь отгонял гнетущую тьму, заставляя ту отступить всего на пару шагов. Нервозность сковывала движения, а в голове пульсировала навязчивая мысль, что в следующую секунду он может ненароком на что-нибудь налететь. Усилием воли он заставил себя смотреть не под ноги, а вокруг.

- Не советую пытаться бежать, - неожиданно предупредила Индра, заметив его интерес. Но она могла даже не тратиться на скупые слова.

С первой бетонной ступени было понятно, что это не просто подземный лаз, вырытый землянами, а очередное наследие похороненного мира. Колеблющееся пламя факела то и дело множилось в отражениях на стене, обложенной потускневшими прямоугольниками плитки. Иногда в его свете мелькали выцветшие плакаты и опустевшие ячейки с цементом. Кларк жадно впитывал в себя образы, в большей степени утоляя любопытство, нежели пытаясь запомнить путь. Пару раз им встречались вкрученные в потолок указатели, которые ни о чем ему не говорили, - с обратной стороны, как ухитрился убедиться он, на них значились уже иные символы. Вздумай он повернуть назад, как ориентиры они станут бесполезны, если впереди их поджидают запутанные ходы и развилки.

Тоннель был достаточно просторным, чтобы одна из стен по левую от Кларка сторону оставалась нетронутой светом. Неподвижный воздух казался тяжелым, хотя шумное эхо, отражаясь от стен, с легкостью пули прошивало его насквозь звуками шагов и потрескиванием тлеющей ткани. В прогорающем животном жире утопал запах затхлой пустоты, на зубах осел привкус влажного бетона и металла.

С каждым последующим шагом тьма как будто бы стала реже, а воздух не казался таким плотным, словно они вот-вот должны были выйти на открытое пространство. Протяжное эхо подтверждало эту догадку, и Кларк, незаметно для себя, ускорил шаг.

- Стой, - неожиданно приказала Индра, схватив его за руку. Как раз вовремя - еще секунда, и он бы шагнул за желтую линию в пустоту, по дну которой проходили...

- Рельсы, - на выдохе произнес Кларк. Все это время он лежал в доме, находившимся прямо над веткой метрополитена. Пусть тоннель и не уходил глубоко под землю, чтобы служить бомбоубежищем на случай войны, однако пережил ядерные удары, позволив беспрепятственно перемещаться незамеченным под городом.

Стоило предположить, что столь важный стратегический объект находился под контролем командующей, только отчего-то кроме них здесь никого не было видно. Кларк хотел спросить об этом у Индры, но в последний момент передумал: ее квота на слова вряд ли распространялась на подобную информацию. Кларк кинул на нее быстрый взгляд, но Индра просто проигнорировала его. Она двигалась спокойно и уверено, очевидно, зная эти тоннели вдоль и поперек. Казалось, она легко бы нашла дорогу в полнейшей темноте и взяла факел только для того, чтобы ценный гость не переломал ноги и не разбил голову, споткнувшись о какой-нибудь кабель.

Свет от горящего факела не прибавлял ей привлекательности, грубо выделяя бугры шрамов на лице. Она была сосредоточена и держала ухо востро. Возможно, ожидала, что он сделает какую-нибудь глупость. Кларку не хотелось думать, что причина ее едва уловимой напряженности как-то связана с предстоящим переходом между станциями.

Тоннели до ужаса напоминали запутанную систему ходов в горе Уэзер; они петляли, мелькали черными проемами ответвлений, расходились на развилках. Кларк непроизвольно поежился, вспоминая Жнецов и металлические вагончики с едва живыми людьми, выброшенными, как бесполезный отработанный материал. Эти туннели были больше, оставляя место для воображения, кем могла кишеть холодная тьма.

Предостережение от попытки бегства теперь казалось совершенно бессмысленным: только сумасшедший или глупец рискнул бы соваться в эти тоннели без карты и снаряжения. Они сулили мучительную смерть, напрасную и глупую. Здесь легко было заблудиться, но еще проще - сойти с ума от звуков собственных шагов, преумноженных эхом и пустотой. Голоса сотни жертв стали бы его реквиемом. Поэтому Кларк едва сдержался, чтобы не фыркнуть, когда уловил краем глаза настороженный взгляд Индры, стоило им спуститься с платформы.

Пустота не порождала звуков, но отражала их, как будто намеренно собирала со всех концов угасшего метро, чтобы не позволить редким гостям идти в тишине. Время от времени казалось, что где-то в отдалении монотонно капала вода, а в какой-то момент Кларку почудилось, что совсем рядом что-то скребется. Он неосознанно прибился поближе к Индре и спасительному свету факела. Кажется, она тоже это заметила и хмыкнула; Кларк и бровью не повел, с удовольствием чувствуя жар от пламени правой стороной лица.

По виску, щекоча, потекла капля пота. Кларк нетерпеливо стер ее ладонью и откинул с лица ткань, - все равно в такой темноте никто его не разглядит.

Возможно, дело было в игре воображения, но на всем протяжении пути Кларка не покидало ощущение, что за ними наблюдают.

Беги, неожиданно прошелестело над головой.

Он почувствовал на себе тяжелый взгляд и медленно, с тяжело бьющимся сердцем, повернул голову, встретившись глазами с Индрой. Она смотрела на него со странным выражением лица, которое было невозможно прочесть.

- Что? - почти беззвучно спросил он, но женщина промолчала и лишь плотнее сжала губы, потеряв к нему всякий интерес.

Тоннель казался бесконечным. По началу Кларк пытался считать шаги, но вскоре сбился. Время от времени он скорее чувствовал, чем видел, что они проходят мимо какой-то станции: просто вновь появлялось ощущение, что воздух стал легче, а темнота немного рассеялась, как тогда на платформе.

Постепенно Кларк начал чувствовать усталость, провоцировавшею дрожащие ноги остановиться и присесть прямо посреди тоннеля. Природное упрямство не позволяло ему попросить хотя бы просто сбавить темп, и он старался не морщиться при болезненных ощущениях, время от времени сопровождающих его шаги. Хватало того, что Индра подозрительно на него посматривала.

Тоннель закончился неожиданно, хотя усиливающийся гул заранее их к этому готовил. Хлынувший теплый свет в проеме, выглянувшем из-за поворота, заставил Кларка сощуриться и пару раз моргнуть.

- Мы почти на месте, - подала голос Индра, затушив ставший ненужным факел.

Некогда однородный гул по мере приближения становился все громче и разборчивее. Он зарождался из треска костров и негромкого разговора десятков воинов, расположившихся на платформе и в вагоне поезда, перекрывшим вход в следующий тоннель.

- Прикрой лицо и не поднимай головы, - резко приказала Индра, и Кларк не стал спорить. Он все еще не мог постичь причин, почему круг людей, знающих о его нахождении в Полисе, должен быть минимальным, но это его практически не волновало. Ему просто нужно дождаться удобного момента, чтобы улизнуть.

Пока никаких возможностей для этого не предвиделось. На платформе было достаточно людно, что в этом случае не играло на руку. Путь через туннели был заказан, а затеряться в толпе не получится. Даже в новой одежде Кларк мало походил на землян и внешним видом сильно отличался от местных воинов. Наверняка выход из метро надежно охраняется, и, попытайся он пройти, в нем быстро вычислят чужака.

Судя по тому, с каким радушием пожимал руку Индре подошедший высокий мужчина, который, по-видимому, был за главного, генерала здесь знали и уважали. Он нисколько не удивился ни присутствию Индры, ни ее сокрытому за накидкой попутчику, что указывало на раннюю договоренность. Они обменялись парой фраз, - Кларк из сказанного разобрал только слово heda и помимо воли вернулся мыслями к командующей.

После случая на горе Уэзер он старался о ней не вспоминать. На самом деле, это было несложно, ведь бестелесные сопровождающие всегда были рады напомнить о содеянном. Для них вопрос об имени убийцы даже не вставал, и Кларк не пытался их переубедить. Думать о Лексе казалось бессмысленно и неприятно, ее поступок перечеркивал все хорошее, что между ними было. Однако Кларк не нашел в себе сил стереть из памяти все воспоминания и в качестве альтернативы загнал их в отдаленные уголки сознания. Вопреки ее последним словам, он не рассчитывал на следующую встречу, а потому не представлял, чего следует ждать. Ей что-то от него надо, - вряд ли она стала бы его искать просто потому, что соскучилась. Как только он выяснит ее намерения, можно будет оценить сложившуюся ситуацию и начать искать выход. А до тех пор было бесполезно гадать.

Сопровождавший мужчина, для которого Кларк как будто и не существовал вовсе, что-то негромко говорил на местном диалекте. Индра слушала и иногда кивала. Пользуясь тем, что на него не обращали внимания, Кларк сумел ненамного оторваться от них и украдкой осмотрелся. В отличие от станции под домом Малии, здесь было светло как днем. Казалось, ни война, ни время не коснулись этого места, оставив его в первозданном виде. Кларк старался охватить все и сразу: созерцая прекрасную архитектуру, высокие своды и орнамент из выложенной плитки, он одновременно запоминал расположения постов охраны и внутреннее устройство платформы. Так, на всякий случай.

Он перевел взгляд на уходящие вверх лестничные пролеты эскалатора. Их загораживали массивные фигуры за место вырванных турникетов. Кларк так увлекся, что ненароком задел какого-то воина, стоявшего в кругу товарищей. Возможно, ему следовало бы извиниться, пробормотать что-нибудь на местном наречии, но парень побоялся, что выдаст себя с головой поставленной американской речью. Пусть язык и претерпел изменения, впитав в себя многое из других культур мультинационального Ковчега, но все же заметно отличался от местного акцента. Кларк понадеялся, что инцидент пройдет не замеченным, но последующие события дали понять, что он просчитался.

Ладони больно ударились о холодную гладь платформы, и от боли в копчике Кларк непроизвольно охнул, когда одним сильным толчком в грудь задетый воин сбил его с ног. Воин возвышался над ним, подобно скале, и за его могучей спиной могли укрыться двое таких как Кларк. Такой одним ударом с легкостью сломает челюсть или пробьет голову.

Находящиеся рядом воины зашевелились и обступили вокруг зону конфликта, образовав своеобразную живую арену. Отступать было некуда, и Кларку ничего не оставалось, как смотреть на оскал из челюсти какой-то хищной твари, закрывавший маской нижнюю часть лица мужчины.

И куда запропастилась Индра? Неужели она решила остаться в стороне и безучастно лицезреть, как из него будут выбивать дух? Кларк завертел головой в надежде увидеть среди окруживших людей знакомый презрительный взгляд.

Накидка скользнула по плечам и осталась на полу, открывая всеобщим взорам лицо.

Нависший над ним мужчина внезапно остановился и побледнел. Замолчали его товарищи, рассматривая Кларка во все глаза.

Индра опоздала буквально на секунду. Ее резкий голос, разнесшийся по платформе и усиленный вездесущим эхом, прозвучал немногим позже громкого вопроса воина, что меньше минуты назад над был готов кулаками поучить Кларка хорошим манерам.

- Wanheda? - словно не веря своим глазам, спросил он.

Так Кларка называла безымянная девушка. Что бы это слово не означало, оно запустило цепную реакцию. Разговоры стихли, слова перекатывались на языках, но не касались губ. Приказ Индры остался не услышанным.

Кларк мог даже не оглядываться: было очевидно, что все смотрели только на него. Он же, убедившись, что ему ничего не сломают, медленно поднялся на ноги. За каждым движением, потягивающим ноющие мышцы, внимательно следили. Парень постарался ни с кем не встречаться взглядом.

Но стоило ему встать во весь рост, как произошло нечто удивительное и настолько неожиданное, что Кларк даже растерялся. Все воины, словно повинуясь невысказанному приказу, как один встали на колено и склонили голову в немом преклонении. Кларк возвышался над ними в своем полном непонимании. Он огляделся по сторонам, как будто надеялся найти ответ или хотя бы подсказку, что происходит и что ему следует делать дальше. Из всех людей, находившихся на платформе, кроме него стоять осталась только Индра. Рядом с ней застыл в коленопреклонённой позе их сопровождающий. Но женщина не обращала на него внимания и только учащенно дышала, как после быстрого бега. Кларк встретился с ней непонимающим взглядом, но в отличие от него, потерянного из-за столь непредсказуемого акта повиновения, она определено знала, в чем тут было дело, и это ее встревожило.

Дальше все происходило как во сне. Раз, - и она уже схватила его за плечо и потянула к выходу.

- Я же сказала, прикрой лицо и не поднимай головы, - рычала она, но Кларк слышал только как нарастал за спиной шум поднимающихся на ноги воинов, подобно гигантской волне, грозящей накрыть их с головой, поглотить тела, безвольные по отношению к этой силе. За всем этим безудержным потоком стояло одно слово, которое для Кларка оставалось бессмысленным набором звуков.

- Что он сказал? Что это значит? – сквозь сбитое дыхание безрезультатно выпытывал парень у Индры.

За всем этим он забыл про боль в плече, усталость и своем намерении запомнить дорогу. Казалось, они только карабкались вверх по застывшему эскалатору, он моргнул – и вот они уже пересекают улицу с редкими прохожими и пустыми развалами. В свете уличных костров виднелись сточенные временем и ветрами скалившиеся зубцы полуразрушенных зданий. В металлических чашах на длинных цепях, вкрученных в фонарные столбы за место ламп, прогорал жир; он плескался в таких же чашах на крепких железных ножках, что стояли по обе стороны улицы.

Возле выпирающей слева повергнутой колонны были неаккуратно сброшены сломанные деревянные ящики и прочий мусор. В спешке Кларк едва не упал, споткнувшись о торчавший из земли погнутый металлический прут.

Дыхание застревало в горле, но Индру это мало волновало, она едва ли не тряслась от ярости и упорно двигалась к своей цели. Растянись сейчас Кларк на земле, она и тогда не разжала бы пальцев и просто потянула тело за собой. Такому упрямству и преданности впору было позавидовать. Кажется, ей больше не было дела, что его кто-то может увидеть и узнать. Накидка осталась на платформе, и на улице Кларк пару раз словил на себе удивленные взгляды. Однако вряд ли дело было в нем, скорее привлекал внимание их колоритный дуэт ведущего и ведомого.

Перевести дух Кларку позволили не сразу – для этого пришлось преодолеть очередной лестничный пролет, проскользнуть внушительных размеров колонны и пересечь гигантский холл. Массивные двустворчатые двери, закрывшие собой целый арочный проход, стали конечным пунктом назначения. Индра оставила парня на попечение двум стражам, сперва буркнув им что-то, а сама скрылась за дверьми. Кларк лишь мельком узрел в узком проеме часть стены с рядами свеч и услышал приглушенные голоса.

Охрана не спускала с него глаз, но Кларк этого не замечал. Он невидяще смотрел перед собой, словно надеялся что-то разглядеть за толщей деревянного массива. Недавние события не выходили из головы, но только сейчас он осознал, что эта дверь - последнее, что отделяло его от командующей. Все остальное невольно отошло на второй план, и все мысли занимала предстоящая встреча.

Услышав приближающиеся шаги по сторону дверей, Кларк непроизвольно расправил плечи и немного вздернул подбородок, как будто внешняя самоуверенность позволяла почувствовать себя более уверенным внутренне. Сердце все еще учащенно стучало в груди, и Кларк ощутил нервное покалывание в основании шеи, однако он отказывался признавать причины своего волнения.

Лицо Индры ничего не выражало, когда она отворила перед ним створку, безмолвно приглашая войти. Кларк был готов отдать многое, чтобы выглядеть столь же бесстрастно, как и она. Ему предстояло отыграть сложную роль. В прошлом не все проходило гладко, и последняя его попытка обмануть Данте Уоллиса с треском провалилась: беспечная улыбка ныне мертвого президента, как и полагалось, одурачила Кларка. Его намерения были видны мужчине с первого взгляда.

В этот раз права на ошибки просто не было: Лекса должна была верить каждому его слову и действию. Малейшая оплошность, повод для сомнений, и командующая не оставит ему ни шанса сбежать раньше, чем она получит от него желаемое.

Прямо перед тем как шагнуть вперед, Кларк вытер тыльной стороной ладони взмокший лоб и сделал пару глубоких вздохов.

Он поравнялись с Индрой, чтобы поменяться местами, и в этот момент над ухом раздался предупреждающий шепот.

- Может быть ты и победил Maunon, но здесь ты гость, не забывай об этом.

Слова не были удостоены ни кивком, ни насмешкой; не проступили желваки плотно сжатых челюстей: Кларк был слишком сосредоточен, чтобы позволить себе повестись на подобную провокацию.

Створки дверей плотно сомкнулись за спиной, и просторную залу поспешили заполнить звуки глухо бившегося сердца и знакомого голоса.

- Здравствуй, Кларк.

Это было проще, чем он ожидал. Его не парализовало при звуках голоса, не ослепила ненависть при виде фигуры командующей за столом, неспешно откладывающей в сторону нож. Сердце билось чуть быстрее обычного, но это были последствия совершенного марш-броска и нервозности, вызванной встречей. Немного волноваться перед важным делом - это нормально, убеждал себя Кларк.

Он смотрел в красивое лицо Лексы; никаких побочных чувств, кроме легкого сожаления, оно не вызывало. Когда-то ему нравилось думать, что у альянса их людей есть будущее, ведь это предполагало возможность чаще работать бок о бок с лидером землян. С пылом, доставшимся в наследство от матери, он обсуждал план действий против горы и отстаивал интересы своих людей вопреки непринятию местными генералами нового союзника. В отличие от него, рассудительная Лекса не шла на поводу своих эмоций, отрицая их как побочную часть человеческой сущности. Кларк восхищался ее стойкостью, решимостью, холодным разумом, и, незаметно для себя, подстраивался под ее представления о лидерстве и войне. Она ослепила его свой силой, сожгла своей волей, ставшей его, зародила в нем стремление встать с ней вровень, - это было нечто большим, чем простая необходимость выжить. В нем пробудились до этого дремавшие амбиции и тяга к власти, которая никогда раньше не казалась столь желанной.

Но то было в прошлом, и сейчас он не чувствовал ничего, кроме пристального взгляда командующей: Лекса ждала ответа. Реакции. Простого действия или отклика. Вероятно, еще до его прихода она наметила несколько вариантов возможного поведения и теперь искала подтверждение одному из них.

Не имело смысла строить из себя упрямого пленника, на чьей бы стороне правда не была, и создавать лишние трудности. Поэтому Кларк сдержано кивнул в вежливом приветствии, сопроводив его лишь звуками, определяющими звание.

- Командующая.

Лаконичный ответ Лексу удовлетворил, пусть реакции с ее стороны не последовало. Она слегка откинулась на спинку трона, изогнутые ветки которого кидали на стену пугающую тень. Ее поза была расслабленной, и Кларк убедился, что с момента их расставания самоуверенности в ней не поубавилось. Все та же командующая гордо восседает на сбитом деревянном троне, как и при первой встрече. Вот только не оставляет отметины в подлокотнике острие кинжала, да и стоявший перед ней парень уже не тот, что прежде.

Щедро накрытый стол немного отвлекал Кларка, пробуждая аппетит своим видом и запахами. В последние дни он мало ел; на завтрак, обед и ужин Малия исправно кормила его сухофруктами, обильно опаивала травяными отварами, позволяющими обмануть голод. Вероятно, таким образом она пыталась очистить организм от последствий беспорядочного приема пищи во время скитаний. Но даже сейчас, смотря на сочные, поблескивающие выступившим жиром нарезанные ломти мяса, он помимо аппетита чувствовал легкую тошноту.

За всем этим так и не начавшаяся беседа зашла в тупик, и Лекса, по праву хозяина, решила прервать возникшее молчание.

- Мне сказали, ты практически ничего не ел в последнее время, - спокойно сказала она, заметив интерес, и окинула его внимательным взглядом. Кажется, она имела в виду вовсе не те три дня, которые он провел в беспамятстве под надзором Малии. Кларк с трудом удержался от смешка. Разумеется, жизнь впроголодь в диких условиях не могла не оставить отпечатка на теле. Их никогда не кормили на убой на Ковчеге, хотя положение родителей обеспечивало более чем достойное питание. В лагере Сотни перебои с продовольствием случались, но не так часто, как за дни его странствий, напоминавших о себе значительной потерей веса.

- Присоединяйся, - Лекса кивком указала на противоположную сторону стола, и Кларк молча принял приглашение.

Большая зала приумножала каждый звук, рикошетившее эхо терялось где-то под куполом, поглощенное высотой. Там пропали выдавливаемые из антрацитового пола ботинками звуки шагов и отодвинутого стула.

Странно было сидеть за столом с чистыми руками и столовыми приборами, как цивилизованный человек. Кларк также не испытывал ожидаемую неловкость, находясь с командующей один на один. Вся ситуация казалась пугающе обыденной, как будто не было никакого предательства и месяца одинокого самобичевания.

С другой стороны стола тихо прошуршала ткань; Лекса поднялась на ноги и направилась к нему. При ней не было оружия, даже кинжала с отполированной до блеска деревянной рукоятью, но с собой она взяла кубок с вином, - даже со своего места он чувствовал характерный запах перебродивших фруктов. Весь ее вид словно намеренно впечатывал в подсознание образ без единого намека на враждебность. Кларк следил за командующей с разумной долей настороженности, - делать вид, что он полностью ей доверяет, было глупо, и Лекса сразу распознала бы фальшь.

Она остановилась совсем рядом, возле широкого блюда с тем мясом, которое заприметил Кларк. Лекса немного поддалась вперед, чтобы взять стоявшую перед ним тарелку. Парень внимательно следил за каждым ее движением. Он старался не выдавать внутреннего волнения, но лежащие на коленях руки отчего-то непроизвольно сжались в кулаки. На мгновение их взгляды встретились. Он не видел ее настолько близко со времен горы и теперь с легким удивлением отметил, какой уставшей казалась Лекса. Некогда припухлые щеки впали, скулы заострились, а под глазами пролегли темные круги, не скрытые под слоем черной краски. Она выглядела старше на пару лет, хотя солнце пересекло небосвод чуть более трех десятков раз. Неужели и ее преследовали демоны прошлого, время от времени оставляли тонкие надрезы на затягивающих ранах, через которые утекали жизненные силы?

Его собственные призраки хранили молчание, чему Кларк был благодарен.

- Жаркое сегодня особенно удалось, - будничным тоном уведомила Лекса, и ее голос отвлек парня от собственных мыслей. Он поднял взгляд, но командующая не смотрела на него, накладывая на тарелку длинной двузубой вилкой несколько ломтей еще горячего мяса. Это напоминало об их совместных трапезах в военной палатке во время подготовки к атаке горы. За всеми заботами им практически не удавалось нормально поспать, а за постоянными обсуждениями лучшей стратегии, расположения войск, вопросов с отключением кислотного тумана и прочих проблемах о еде никто не вспоминал, довольствуясь быстрыми перекусами на ходу. Но в конце концов, все, что им осталось - только ждать, и это было невыносимо. Кларк проводил большую часть времени рядом с командующей в ее тенте, готовый при виде сигнала подорваться и, наконец-то, воплотить идею в жизнь. Обсуждать в очередной раз выверенный план не было сил; напряжение прошивало насквозь, отбивая желание говорить даже на отвлеченные темы, поэтому в палатке преимущественно было тихо. Если не принимать во внимание томительное ожидание, Кларку нравились эти моменты. Он мог беспрепятственно наблюдать за Лексой, пока она расслабленно лежала на мехах. Помнится, он удивлялся и немного завидовал ее способности абстрагироваться от настоящего - сам он не мог и глаза сомкнуть, нервно обходил стол с моделью будущего поля боя, тер лицо ладонью и ерошил волосы. Лекса молча следила за ним вполглаза, и, кажется, находила его поведение в чем-то забавным: он пару раз ловил легкий намек на улыбку на ее губах.

Их не беспокоили, но кормили исправно - два отяжеленных едой блюда занимали отведенное место на столе командующей. Сесть за него просто не представлялось возможным: он бы весь завален какими-то бумагами, снаряжением и прочими вещами, тогда как большая часть отводилась под макет. Кларк уже не мог вспомнить наверняка, как зародилась их маленькая традиция - есть на мехах, сидя плечом к плечу. Тогда для него это было ценнее любых декламаций о доверии; теперь он понимал, каким был наивным дураком.

Кларк еще раз посмотрел на Лексу, пытаясь возродить в себе те эмоции, которая она в нем когда-то вызывала, но все было тщетно. Она не оставила после себя ничего, кроме пустоты.

Командующая, словно не замечая его взгляда, передала ему тарелку. В паре с мясом там лежали нарезанные овощи. Воспоминания подпортили аппетит, и Кларк немного замешкался, однако Лекса его нерасторопность истолковала по-своему:

- Я подожду, Кларк. Тебе нужно набраться сил, нам еще многое предстоит сделать.

Она беспечно зажала меж полных губ сочную фруктовую дольку, и Кларк отвел глаза, не вовремя подумав о том, с какой легкостью эти самые губы могли целовать и предавать. Чтобы хоть как-то скрыть свое замешательство, он подвинул поближе облюбованное блюдо со свежеиспеченным хлебом. С легким хрустом корочки он разломил небольшой кругляш хлеба напополам и поднес к лицу, впитывая аромат и тепло, прежде чем решился попробовать. Глаза непроизвольно закрылись от наслаждения, и он с трудом подавил стон. Это не шло ни в какое сравнение с резиновыми булочками, что подавали в столовых на космической станции и той неудачной попыткой испечь хлеб из запасов прогорклой, склеившейся от влаги муки, которую они нашли в бункере.

Ему стоило больших усилий не съесть все сразу - меньше всего хотелось заработать себе заворот кишок. Он заметил, что Лекса следит за ним, и уголки ее губ как будто слегка дрогнули в улыбке. Кажется, как и в старые времена, она снова находила его поведение забавным с той только разницей, что теперь его это не радовало. Ему вообще перехотелось есть в ее присутствии, но он поборол себя. В самом деле, от неуместной гордости пользы не будет.

Только сейчас он заметил, что среди столовых приборов нет ножа. Ну, конечно. Командующая была слишком ценной фигурой, чтобы давать ему возможность поквитаться за содеянное ею в прошлом. За кровь ведь платят кровью, так?

- Не спеши, - слова прозвучали даже не как совет, и, сказанные строгим тоном, походили на наказ маленькому ребенку. Кларк проглотил замечание вместе с очередным куском хлеба. Хлеб утолял не только голод, но и злость, о существовании которой до этого момента Кларк и не подозревал. Эмоции были сильнее него и высокого разума, которым там гордились цивилизованные люди. Он боялся поднять взгляд от стола и посмотреть Лексе в лицо, потому что знал, она все сразу поймет по его глазам. Он до сих пор не простил ей предательства у подножья горы. Головой понимал мотивы ее поступка, а в груди все равно болезненно тянуло где-то под сердцем. И вот теперь, когда она стояла совсем рядом, ей прекрасно удавалось делать вид, что ничего не произошло, и это невыразимо бесило. Кларк подавил подступившую волну гнева, продолжая механически пережевывать хрустящие овощи, уже не чувствуя вкуса.

- Я хотела бы извиниться, - неожиданно сказала Лекса, и ему даже не пришлось симулировать удивление. Извинение - последнее, что он ожидал услышать из этих уст.

- За то, что мои люди привели тебя в Полис, - пояснила она. Разочарование и злость на самого себя последовательно сменяли друг друга, и Кларк с трудом сдержал горькую улыбку. Действительно, каким же идиотом надо быть, чтобы допустить, пусть и на мгновение, что Лекса раскается в своем предательстве. Разве это вообще имело значение, когда он собственноручно уничтожил целый пласт былой цивилизации? Никакими словами и извинениями такое уже не исправить.

- У тебя наверняка были причины оставить свой народ, но ситуация сложилась так, что только тебе под силу их спасти, - в этот раз Лекса забрала пустой кубок, чтобы наполнить его вином из пузатого керамического кувшина.

Вот оно. Наконец-то они стали приближаться к истинной цели сегодняшнего вечера. Стол с великолепной едой, чистая одежда и пустые разговоры, - это все красивая завеса, созданная, чтобы расположить его к себе. Он уже проходил подобное с горой Уэзер, и итог их обоюдоострых отношений дорого стоил. Лекса подбирала слова с ловкостью хорошего политика, пускай не столь искусного, как Данте Уоллис, но Кларк ни на секунду не поверил, что дело было исключительно в Небесных людях. Лекса была достаточно убедительной в прошлом, чтобы доказать - ей на них плевать.

- Не думаю, что я могу быть чем-то им полезен, - глухо заметил он, отодвигая тарелку с нетронутым мясом. Как себя не уговаривал, кусок в горло не полез. Ему вдруг стало неуютно смотреть на командующую снизу вверх. Он неспешно поднялся и демонстративно вытер сухие пальцы холстиной, прежде чем бросил ее поверх тарелки, наплевав на все правила приличия.

Лекса и бровью не повела. Он бы восхитился ее выдержке, но сейчас находил это качество раздражающим.

- Ты находился на границе с землями Ледяной нации, и, если бы тебя поймали, был бы уже мертв, - она сделала паузу, давая ему возможность переварить сказанное.

По ее лицу нельзя было сказать, какой реакции она ждет, вот только Кларк ничего по этому поводу не почувствовал. Он сам неосознанно искал смерть в пустынных лесах, в этом не было ничего нового или пугающего. Вот только как это было связанно с темой разговора?

- Наверное, мне стоит поблагодарить за свое спасение, командующая, - без тени улыбки произнес он, не спрашивая и не надеясь на ответ. Его и не последовало. В словах сквозила неприкрытая насмешка, очевидная для обоих. Лекса лишь слегка прищурилась, словно прикидывала, насколько парень готов к сотрудничеству. Кларк мысленно одернул сам себя, - он только что пошатнул образ разумного скептика, который отыгрывал с самого начала. Но удовольствие от вида уже не столь расслабленной командующей он все же получил.

Прогорающие свечи наполняли залу запахом плавленого воска, сгустки темноты растекались по потолку; из-за этого казалось, что пространство постепенно сжимается, а воздух становится тяжелее. Дыхание Кларка участилось, а одежда неприятно прилипла к вспотевшей спине.

- Их королева давно разыскивает тебя, Кларк, - слова нарушили затянувшуюся паузу. За нейтральным тоном скрывалась ненависть и презрение - вопреки собственным убеждениям, командующей были не чужды эмоции. Лекса как-то случайно обронила, что с лидером северного народа у нее давняя вражда. По тому, насколько отстраненно она об этом сказала, Кларк предположил, что здесь было что-то личное, чего сама командующая по возможности старается не касаться. Он никогда больше не расспрашивал ее об этом и не смог добиться внятного ответа от враз помрачневшего Линкольна. И вот теперь пресловутая королева Ледяной нации якобы искала с ним встречи, которая для него должна была стать последней.

- И зачем же я ей понадобился? - совершенно другим тоном спросил он, словно инцидент не имел места пару секунд назад. Никакой реальной заинтересованности в ответе не было, ведь на истинность его все равно не проверить.

- Ты победил гору, сделал то, что никому не удалось за последнее столетие, - Лекса протянула ему кубок, словно предлагала выпить за это, и в тот момент Кларк почувствовал к ней отвращение.

Видимое спокойствие стоило ему больших усилий.

- Не знал, что земляне поощряют геноцид, - посмотрев ей прямо в глаза, ровным голосом заметил он.

То, что делали горные люди, было столь же бесчеловечно, как и кровавая месть землян своим врагам. Лекса сейчас могла говорить что угодно, но картины, нарисованные в сознании руками ее людей, были еще свежи. Джаспер с пробитой копьем грудью, распятый на дереве в качестве приманки для лесных тварей; полный лагерь зараженных детей, надрывно рвущихся кровью, булькающих и захлебывающихся ею; освежеванная охрана, оставленная в назидание чужакам из космоса. Все это делалось ради выживания, ставшего универсальным оправданием для любой жестокости.

- Мы смотрит на это не так, как вы, Кларк. Наши дети теперь могут спать спокойно, ведь их не разлучат с семьей, а родителей не превратят в Жнецов, - Лекса подняла кубок и пригубила вино. Кларк не последовал ее примеру и поставил свой кубок на стол, накрыв его ладонью. Ему сейчас нужен трезвый ум. - Ты на Земле недавно, и многое все еще кажется диким. Ты просто не представляешь, жестокости каких масштабов положил конец.

Можно было спорить с ней на эту тему вечно, срываться на хрип и доказывать правоту, если бы не понимание, что это пустая трата времени. Он уже давно усвоил, что у землян свое виденье и своя правда, которые надежно укрепились в сознании, запечатлелись в генах и передавались по наследству. Поэтому их убеждения были непоколебимы.

- И как это связано с моими людьми? - возвратился Кларк к первоначальному разговору. Он скрестил руки на груди и прислонился бедром к столу, наблюдая за Лексой. Она стояла с неизменно ровной спиной, и вся ее поза говорила об уверенности и силе. Ее не смутил ни его пристальный взгляд, ни проявленная дерзость. Наверное, меньшего от него она и не ждала.

- В них видят новых Maunon. Ни один клан не хочет иметь дел с твоими людьми, - без обиняков сообщила она и также отставила недопитый кубок в сторону. Язык скользнул по губам, собирая капельки вина, и этот простой жест несвоевременно привлек внимание парня. Хуже того, Лекса это заметила.

- Нам не нужна ваша кровь, чтобы жить на поверхности. Чем же мы всем не угодили? - Кларк пытался перебить иронией чувство досады. Он знал ответ заранее и просто тянул время.

Лекса заложила руки за спину и подошла чуть ближе. Очевидно, ее не задевала разница в росте, и она гордо вздернула подбородок, сокрыв за этим необходимость смотреть на него снизу вверх. Кларку предпочел бы не находиться к ней настолько близко, но отойти уже не мог. Стоило только протянуть руку, и он бы коснулся Лексы. Она использовала расстояние как способ давления - эмоционального и ментального, - чтобы окончательно определить их положение. Обиднее всего, что именно он подал ей подобную идею своим поведением в прошлом.

- Твою люди хотят попасть в гору, где хранятся ракеты, бомбы и снаряжение, способное уничтожить все подконтрольные мне народы. Думаю, ты понимаешь, что у остальных кланов имеется повод для беспокойства.

Не нужно было ничего озвучивать вслух, потому что истина была проста и стара как мир: люди стараются избавиться от того, чего боятся или не понимают. Может, Кейн и верил, что Небесные люди и земляне имеют больше общего, чем кажется, реальность отказывалась вписываться в его идеалистические рамки. Технологии и уровень развития вскармливали высокомерие, уверяли в собственном превосходстве над более дикими сородичами, что наглядно продемонстрировало руководство горы Уэзер; не стали исключением и гости с небес. Известная истина работал для них также, как и для землян: страх и непонимание в лагере ходили рядом. Это было видно невооруженным взглядом по лицам людей с Ковчега, которые, не колеблясь, были готовы выкинуть Финна за ворота на растерзание, одновременно ненавидя и боясь его палачей. Вряд ли после предательства Лексы их настрой по отношению к землянам улучшился.

Но речь сейчас шла несколько не об этом.

- В горе остались продовольственные запасы, налаженная экосистема, позволившая им собирать урожай и выращивать скот под землей, медицинское оборудование и культурное наследие исчезнувшего мира, - продолжил список Кларк, обозначая свою позицию по данному вопросу. Но он лукавил, поскольку прекрасно понимал, что это слабый довод.

- Никто из лидеров кланов не поверит, что твои люди пытаются прорваться в гору из-за пары картин, Кларк. Даже я в это не верю, - подтвердила его предположение Лекса. - Но мы можем договориться.

Как же захотелось рассмеяться ей в лицо! Вот уж предложение, от которого просто невозможно отказаться.

- Насколько я помню, подобные договоренности не очень-то надежны и могут расторгаться в одностороннем порядке, - Кларк заслужил свое право на издевку. Лицо Лексы оставалось беспристрастным, хотя на секунду на челюсти проступили желваки. Она молча проглотила справедливое обвинение и не поперхнулась. - К тому же, совершенно очевидно, что кланы для себя все заранее решили, и никакие доводы их не переубедят. Не удивлюсь, если переговорщиков убьют на месте, - он с вызовом посмотрел ей в глаза.

Никаких комментариев на этот выпад Лекса также давать не стала. Да и что тут возразишь? Кларк уже достаточно ознакомился с местными правилами ведения переговоров, где основным аргументом оставалась сила. В этом не было ничего нового, разве что уровень лицемерия был пониже, чем в их вышколенной демократии высокоразвитого общества.

- Ни один клан не станет тратить время на твоих людей, - согласилась Лекса после секундного молчания. – Только если их не будет представлять Wanheda.

Очередная насмешка грозилась сорваться с губ Кларка, пока Лекса не произнесла то слово.

- Что? – непроизвольно вырвалось у него. Похоже, командующая собиралась повторить сказанное, но он ее опередил. - Последнее слово, что оно означает?

Сочетание звуков вызывало в нем необъяснимую тревогу, что само по себе было неприятно. Но он видел, какой эффект слово имело на людей, не простых обывателей или запуганных жертв жестоких экспериментов, а матерых воинов, видевших смерть и боль так же близко, как сейчас он видел Лексу. Они трепетали перед его сакральным смыслом, оно наполняло их благоговением, под тяжестью которого подгибались колени и опускались головы. Слово не действовало лишь на командующую, хотя она произносила его уважительно, выделяя среди других.

Кларку отчего-то подумалось, что он не прочь увидеть, как великая heda опустится перед ним на колени.

- Это значит, что ты повелеваешь смертью.

В ответ он только хмыкнул, не зная, что и сказать. За недолгий разговор они так или иначе касались этой темы, но только сейчас все встало на свои места. Слепая вера сделала бога из чудовища. Чужой невинной кровью он заслужил всеобщее поклонение, но не чувствовал себя героем. Когда их отправили на Землю, они собирались писать свою историю с чистого листа. Кларк готовился увидеть несмелые зачатки новой жизни на старых руинах, но и представить не мог, что забытая война вывернула не только мир, но и сознание наизнанку.

- Я не смогу их убедить, что намерения твоих людей чисты, Кларк, и даже не стану пытаться, - тем временем продолжила Лекса. Казалось, она понимала, о чем он сейчас думал, и отвлекала от мыслей. - Но если ты выступишь перед ними, я поддержу твою инициативу.

Она снова предлагала ему место подле себя. В прошлом у них действительно неплохо выходило работать вместе, им было комфортно, хотя понадобилось время и пара достаточно острых споров, чтобы притереться друг к другу. Лексе удалось окончательное развеять его предубеждение относительно землян, хотя далеко не все принимали ее решение объединиться с небесным народом. Кларк не обращал на это внимания, полностью сосредоточившись на командующей, и приравнивал к ней остальных. Она изменила его представление о своем народе; поглощенный ею, он забыл об осторожности. А стоило помнить, что отряды войск направлялись к обжитому шаттлу не по своей воле, а по прямому приказу Лексы.

Предательство весомо перетягивало чашу сомнений. Отдельно ее утяжелял новый образ командующего смертью. Лекса говорила, что все зависит от точки зрения, но как-то вышло, что земляне не видели в совершенном им преступлении ничего плохого. Может, он правда не способен взглянуть на мир их глазами и у нового союза с командующей заведомо нет будущего?

- Гора находится на территории Древесного клана, так почему же нужно согласие всех остальных? - ухватился он не за самую значительную деталь.

- Горные люди были нашим общим врагом, к тому же подземная система тоннелей Жнецов проходит под территориями многих кланов, находящихся в коалиции Двенадцати. Если твои люди без общего согласия попробуют оставить гору за собой, это будет расцениваться, как провокация. Я буду вынуждена собрать армию и объявить твоим людям войну, - Лекса неотрывно смотрела ему в глаза, как будто хотела убедиться, что он правильно понимает сложившуюся ситуацию. В сумраке залы ее глаза казались почти черными, хотя Кларк знал наверняка, что они были зелеными с редким вкраплением охры вокруг зрачка.

Вопреки его убеждению, между ними многое осталось недосказанным. Гора должна была привести к катарсису, но искупала их в крови: командующая запачкала только свою честь в глазах преданного союзника, его же накрыло с головой.

Смятение закручивалось в душе тугим узлом. Вопросов не стало меньше. Кларк хотел узнать о планах Лексы и преспокойно уйти, однако она втягивала его в какие-то политические интриги. С ее слов все выглядело вполне невинно, но он не мог не заметить, что она пыталась давить на его сознательность, постоянно называя жителей Ковчега «твоими людьми». Это была не случайность и не совпадение. Когда Кейн описывал командующую как вдумчивого политика и грамотного стратега, Кларк представлял кого-то постарше и был несколько обескуражен, встретившись с ней лично. Не удивительно, что ей удалось провести двух канцлеров, прикинувшись служанкой, - никто бы не заподозрил в юной девушке воинствующего лидера землян. Обманчивое впечатление от возраста и внешности было ей только на руку; она хорошо чувствовала момент, когда следовало применять силу, а когда проводить переговоры. Ее политика не была излишне агрессивной, скорее разумной и сбалансированной. И пусть она редко прибегала к манипулированию, навыков для этого у нее было достаточно. Кларк просто отвлекся и пропустил все это, пока возвышал ее образ в собственных глазах.

Но теперь пелена спала, и он четко видел, что Лекса пыталась сыграть на его чувстве долга и неосведомленности. Маловероятно, что Кейн решился бы на такую провокацию, как захват горы. Она ни словом не обмолвилась о попытках переговоров с ним, а Кларк был уверен, Маркус не мог их не предпринять. Еще во время первого конфликта с землянами по поводу выдачи Финна никто не обманывался по поводу исхода маячившей всадниками смерти войны: у них не хватит ни патронов, ни людей, ни силы духа, чтобы перебить всех воинов противника.

Дело усложнялось тем, что у Кларка не было полноценной картины происходящего. Лекса определенно что-то не договаривала о собственных мотивах его участия в переговорах. Какое ей дело до чужаков, занимающих родные земли и раздражающие своим присутствием другие кланы? Слишком все красиво выходило с ее слов, и Кларка это настораживало. У него голова пухла от неопределенности и внутреннего конфликта. Они, наверное, уже минуту стояли и молча смотрели друг на друга, - кто же первый сдастся? А Кларк мог думать только о том, что с таким же непоколебимым спокойствием она оставила его на произвол судьбы у проклятой горы. Подаренную ею на прощанье пустоту заполнили обида и злость, у которых никак не получалось переродиться в ненависть, и это усложняло дело.

- Я хотел бы все обдумать и узнать чуть больше, прежде чем на что-либо соглашаться, - наконец, медленно произнес он, отмерев. Слова практически дословно воспроизводили мысль, крутящуюся в голове. Нейтральной позиции с намеком на положительный ответ сейчас было достаточно, чтобы избавиться от ненужного внимания и подозрений со стороны командующей и выиграет время для раскрытия настоящих планов.

В некотором смысле, Лекса уже оставила за собой маленькую победу: теперь он так просто не уйдет. Не для того он положил на закланье свою душу, внутреннее спокойствие и избрал путь саморазрушения, чтобы спасенных им людей методично перерезали из-за примитивных предубеждений. Ему все равно не придется встречаться с жителями лагеря Джаха, и такой расклад при нынешних обстоятельствах казался приемлемым.

- У нас не так уж много времени. Через три дня сюда съедутся лидеры кланов и их послы, и к тому моменты ты должен определиться. Если ты решишь сражаться за своих людей, нам надо будет заранее продумать ответы на все возражения с их стороны. Нужно, чтобы у них просто не осталось доводов против.

Он еще ни на что не соглашался, а Лекса уже с уверенностью использовала в своей речи пресловутое «мы».

- Понимаю, у тебя есть причины мне не доверять, - кивнула она, как будто разделяла с ним сомнение. Парень только плотнее сжал губы, что справедливыми словами ничего не испортить. – Я приму любое твое решение и, даже если ты захочешь уйти, не стану тебя удерживать.

Голос Лексы едва уловимо смягчился; она говорила проникновенно, и он ей почти верил.

Взяв со стола недопитый кубок с вином, командующая направилась к двери, ясно давая понять, что на сегодня разговор закончен. Кларк последовал за ней, в последний момент засунув в карман остывший кругляш хлеба. Вошедшая по приказу Индра ничего не сказала, но смерила его недобрым взглядом, словно он проигнорировал ее предупреждение и злоупотребил гостеприимством. Лексе хватило честности обратиться к своему генералу на родном языке Кларка, чтобы парень знал, что ждет его за пределами этой залы.

- Я хотела бы услышать ответ к закату следующего дня,- обратилась к нему Лекса, когда они с Индрой стояли в дверях, на что получила в ответ утвердительный кивок. - В конечном итоге, мы всегда поступаем так, как лучше для наших людей, даже если для нас это непросто, - задумчиво произнесла она вместо прощания.

Она поднесла кубок к губам, но не сделал ни глотка, словно в последний момент передумала. Прямо перед тем, как стража закрыла за ними створки тяжелой двери, он в последний раз посмотрел на Лексу через плечо. Взгляд командующей был отстраненным, как будто она смотрела и ничего перед собой не видела, полностью затерявшись в собственных мыслях.

Кажется, не только Кларка терзали сомнения.
запись создана: 22.03.2016 в 19:05

@темы: Gods & Monsters, my ff, the 100, коммандер котик

URL
   

Gods & Monsters

главная